Глава 27. Ровно в полночь леди Реган Элис Бишоп стала женой лорда Хью Мордэра

Ровно в полночь леди Реган Элис Бишоп стала женой лорда Хью Мордэра. Это случилось в гостиной комнате маркизы Незерли. По настоянию Дэра Реган надела то самое янтарное платье, что было на ней в ее первый день в Лондоне. Выступая свидетелем их союза, маркиза стояла рядом с Реган и тихо плакала, утирая слезы носовым платком. Рядом с Дэром, точно безмолвный страж, стоял Вейн.

Только войдя в гостиную леди Незерли, Реган поняла, что ни Фрост, ни остальные друзья не присоединятся к ним. Новоиспеченный муж не стал сообщать ей, что церемония была тайной и никому о своих планах он не рассказывал. Дэр, как человек практичный, нашел способ жениться без побега и утомительной поездки в Гретна-Грин. Не успела Реган облечь в слова свой гнев, вызванный своеволием Дэра, как леди Незерли подбежала к ним, чтобы сообщить, что более романтичного венчания ей еще не приходилось видеть.

Посмотрев покрасневшими от слез глазами на Вейна, который старательно не обращал на нее внимания, маркиза сказала молодой паре, что их любовь возродила в ней надежду найти идеальную спутницу для ее капризного сына.

Проворчав что-то в адрес своей милой матушки, Вейн бросил на друга взгляд, который давал понять, что его помощь дорого обойдется Дэру, и откланялся. Потом, убедившись, что бумаги в порядке и все формальности соблюдены, ушел и приходской священник. Дэр не сказал Реган, сколько он заплатил святому отцу за то, что он обвенчал их в столь поздний час, но, судя по всему, оба остались довольны соглашением.

Вскоре Дэр объявил леди Незерли, что им пора ехать. Пока он благодарил маркизу, Реган рассмотрела кольцо, которое Дэр надел ей на палец. В окружении серебристо-кремовых жемчужин горел, точно заключенный в камень огонек, бледновато-медовый топаз в пять каратов. Само кольцо из розового золота легко налезло на палец, что, впрочем, не особенно удивило Реган. Она украдкой взглянула на мужа. Джентльмен, в кармане которого лежали кольцо и специальное разрешение на брак, явно не преувеличивал, когда говорил о своем желании жениться.

— Ты готова ехать, моя прекрасная невеста? — спросил Дэр, глядя на нее с мольбой.

Растроганная и слегка опьяневшая от вина, выпитого за прочный союз и здоровье новобрачных, леди Незерли, похоже, не собиралась отпускать его от себя.

Сдержав улыбку, Реган медленно подошла к Дэру и маркизе.

— Да, милорд. Должна признаться, я еще не привыкла ложиться так поздно. — Рукой, затянутой в перчатку, она взяла новоиспеченного мужа под локоть и улыбнулась хозяйке. — Леди Незерли, мы вам бесконечно признательны за все, что вы для нас сделали. Благослови Господь вас и ваше отзывчивое сердце.

Мать Вейна отпустила Дэра и заключила Реган в объятия.

— Ну что ты, девочка моя! Это такой пустяк! — дрожащим голосом воскликнула она и так стиснула плечи Реган, что та поморщилась от боли. — Слава Богу, вы с Дэром поступили совершенно правильно, так что стыдиться теперь нечего. И можете мне довериться, я никому не раскрою вашу тайну.

— Пойдем, любимая, — коротко произнес Дэр, поторапливая женщин. — Мы и так уже отняли слишком много времени у милейшей леди Незерли.

Реган обернулась к хозяйке, когда Дэр потащил ее к двери.

— Но... — Она едва успела махнуть рукой на прощание, как леди Незерли скрылась из виду. — Я останусь без своих вечерних туфель, если ты будешь идти так быстро.

Дэр сразу же замедлил шаг.

— Извини. Я испугался, что, если мы задержимся там еще дольше, леди Незерли не отпустит нас до утра.

— И что тут такого ужасного? Она прекрасная женщина. Вейну очень повезло с матерью.

Кивнув кучеру, Реган поднялась по узким ступенькам в карету. Она услышала, что Дэр велел везти их в дом ее брата. Поправляя юбки, чтобы освободить пространство для длинных ног мужа, Реган подняла глаза и увидела, что он наблюдает за ней.

— Леди Незерли замечательная и отзывчивая женщина, но я не хочу проводить свою брачную ночь, развлекая ее, — сказал Дэр, ловко проскользнул в карету и сел рядом с Реган.

Их разговор был прерван глухим ударом, после чего дверца кареты открылась и проем заслонила мускулистая фигура Вейна. Он был без шляпы, и его щеки раскраснелись, как будто он бежал, боясь опоздать.

— Я не посмотрел на часы. Простите, что не вышел, когда вы прощались с матерью.

Реган одарила Вейна ласковой улыбкой.

— Мы понимаем. Наверное, это было нелегко. Все знают, что твоя мать спит и видит, как бы поскорее тебя женить.

Вейн фыркнул:

— Теперь это невозможно. Ведь Дэр увел у меня из-под носа самую красивую леди в Лондоне.

Дэр насупился при этом шутливом напоминании о том, что Вейн несколько раз пытался добиться благосклонности Реган.

— Скажи спасибо, друг мой, что я пощадил твою смазливую физиономию.

Реган закатила глаза, хоть и почувствовала, что у нее краснеют щеки. Вейн ей ужасно нравился, но не он был мужчиной, о котором она думала во время своего долгого отсутствия.

— Желаю вам... — Вейн опустил глаза, подбирая слова. — Желаю, чтобы ваш брак был долгим и счастливым. — Уголки его рта дернулись, отчего в его лице появилось что-то дьявольское. Вейн посмотрел на Дэра. — Немного удачи вам не повредит. Особенно когда Фрост узнает...

— Смотри, я еще могу успеть расквасить твой длинный нос! — Дэр подался вперед и постучал кучеру. — Едем!

Вейна, похоже, ничуть не испугала брошенная мимоходом угроза.

— Побереги кулаки для Фроста. — Экипаж тронулся, и он захлопнул дверь. — Они тебе пригодятся!

Повернув голову, Реган смотрела на удаляющуюся фигуру Вейна, пока его не поглотила темнота.

— Что это значит? Почему Вейн сказал, что тебе нужно поберечь кулаки для моего брата?

Ответ обжег ее, словно удар хлыста.

— Фрост не знает о свадьбе. Но твой брат — человек неглупый и скоро все разведает.

Реган изумленно уставилась на мужа. Как мог Дэр говорить об этом так спокойно? Фрост убьет их обоих, когда узнает, что они поженились без его согласия.

— Погоди. Но как это? Ведь без разрешения моего брата нас не могли обвенчать.

Дэр поднес ее руку к губам и поцеловал палец над обручальным кольцом.

— И оно у меня есть. Скажу без лишней скромности — почерк подделан прекрасно. Священник ничего не заподозрил.

— О боже! — У Реган закружилась голова. Ошеломленно глядя на Дэра, она поинтересовалась: — А наш брак вообще можно считать законным?

— Никто не станет проверять подлинность письма. И уж тем более твой брат, — заверил он ее. — Фрост обожает тебя, и ему меньше всего хочется, чтобы вокруг твоего имени разгорелся грандиозный скандал.

Теперь понятно, почему Вейн был так уверен, что Дэру пригодятся кулаки. Фрост, может быть, и смирится с тем, что его сестра вышла замуж, но его уязвленное самолюбие потребует крови.

— Постой, а леди Незерли? Неужели она тоже состоит в заговоре? Так вот о какой тайне она говорила, когда мы уходили!

Дэр с сомнением посмотрел на жену.

— Ну, возможно, я слегка сгустил краски, когда говорил священнику о нашем досадном затруднении.

Реган сглотнула.

— Досадном затруднении?

— Я признался этому доброму человеку, что ты беременна.

Она резким движением отбросила руку Дэра, когда он попытался прикоснуться к ней.

— Что? Да кто дал тебе право говорить кому-то, что я... — Оборвав себя на полуслове, Реган замолчала и посмотрела на люк в стенке, за которым сидел кучер. — Что я в положении, — шепотом закончила она.

Его ложь до того смутила и рассердила Реган, что она от злости изо всей силы ударила его ногой в голень. Забыв о кучере, она закричала:

— Как ты посмел брякнуть такое?

— Откуда ты знаешь, что это неправда? — невозмутимо произнес Дэр.

Этот неожиданный вопрос слегка остудил ее ярость. И правда, откуда она могла знать? Прищурив голубые глаза, Реган впилась взглядом в новоиспеченного мужа.

— Женщина чувствует такие вещи. И я совершенно уверена, что не... Что у меня ничего нет!

— Конечно же, нет, — успокаивающим тоном промолвил Дэр. Легко преодолев ее слабое сопротивление, он обнял ее и прижал к себе. Потом пригладил локоны, выбившиеся из прически за время их короткой борьбы. — Я всего лишь хотел разжалобить священника. Но если ложь так тебя расстроила...

— Расстроила.

— ...то я вижу лишь один способ сделать так, чтобы мы оба остались довольны. — Дэр легонько поцеловал ее надутые губки. — Я готов приложить все силы для того, чтобы превратить ложь в истину.

— Подожди!

Утратив всякий интерес к дальнейшему разговору, Дэр навалился на Реган, прижал ее к кожаному сиденью, и его губы жадно впились в ее уста. Реган успела лишь набрать в легкие побольше воздуха, а потом ее руки обвились вокруг его шеи и она притянула его к себе.

Впервые она была готова уступить.


4193181727884257.html
4193273552293083.html
    PR.RU™